Ru Sci-fi Форум Бориса и Аркадия Стругацких  
 - Начало - Регистрация - Ответить - Поиск - Статистика - Опросы -  - Правила форума
oldi.rusfforum.org / Перекрёсток мнений / Откуда берутся в фантастике такие чудные названия, имена...
Автор Сообщение
fantestic_noiz
Участник
# Дата: 4 Фев 2009 18:52
Ответить 


я думаю что настаящий фантаст придумывает названия сам, причем не просто сидит ломает голову, а когда он обдумывает сюжет названия образуются сами собой, а вы как думаете?

Снеговик

Редактор новостей
# Дата: 5 Фев 2009 10:11 - Поправил: Снеговик
Ответить 


Во-первых - тут форум, посвященный творчеству Г.Л.Олди (он же - Олег Ладыженский + Дмитрий Громов). Так что вы как-то определитесь - или мы говорим тут про Олди или вообще про фантастику. В последнем случае вам, скорее всего, нужно найти более общий форум.

Если же касаться "имяобразорвания" в отношении Олди, то вот вам цитата с мастеркласса на Россконе 2007 года:

– Существуют ли какие‑нибудь определенные методы имяобразования героев?

Олди : Имена героев в книгах – серьезнейшая задача для писателя. На чем можно строить образование имен героев? Ведь брать просто так, от фонаря, нельзя безусловно. Первый принцип – этнографические, географические, расовые, национальные и прочие особенности. Если действие, к примеру, происходит в Средней Азии или на другой планете, где смоделирована цивилизация, близкая по характеру к земной Средней Азии, то, конечно, мы будем искать подходящие по этому параметру имена – Хасан, Абдулла, Джалал‑ад‑Дин и пр. От нюансов, востребованных писателем, от того, хочет он построить древнюю или современную цивилизацию, зависит звучание и написание уже выбранных имен – нужен легкий турецкий акцент, и Абдулла превратится в Абдулло. Или акценты сместятся в другую сторону: был Абдулла, станет Абд‑Алла (подчеркивая перевод: Раб Аллаха) или Абдул.
Дальше начнется зависимость звучания/написания имени от характера персонажа. Нужен персонаж‑боец, персонаж‑упрямец – понадобится жесткое произношение, и на первый план выйдет Абдул, краткий и четкий (подчеркиваем: в данном случае – для русскоязычного читателя). Абдулло – уже в фонетическом плане более мягкий характер, это слышно по звучанию. Короче, вслушайтесь, и сразу поймете. Ирина – это одно, а Татьяна – другое. В первом случае сочетание «р» и «н», во втором – мягчайшее «тья‑а‑а». Представить себе «железную леди» Татьяну не слишком просто – смягчение плюс ворох ассоциаций из классики мешает.
Теперь на очереди ассоциативный план имени. Сперва сработали местность, время и история: у нас, скажем, викинги, значит, Сигурд и Зигфрид. Далее – связь звучания с характером персонажа. И наконец – ассоциативный ряд, отголоски имени в восприятии читателя. Надо четко понимать, что Абдулла вызовет у читателя ряд ассоциаций, в том числе смешных: Абдулла из "Белого солнца пустыни" способен потянуть за собой целый гарем и реплику: «Махмуд, поджигай!», например. Если нет каких‑то резко выраженных национально‑географических особенностей – ни Абдуллы, ни викингов, и тюбетейки со шлемами не носят – мы ассоциативный план можем вывести в главные. Если я называю персонажа Петром, нужно ли мне, чтобы за персонажем у образованного читателя волочился шлейф ассоциаций: Петр‑камень, рыбак, первый апостол, хранитель ключей от Рая. Или, допустим, царь Петр Первый. Если персонаж носит фамилию Рабинович, нужен ли мне шлейф анекдотов за Рабиновичем или нет? Или, может, лучше сменить ему фамилию? Найти подобную, но без анекдотического использования?
Ассоциации можно закладывать намеренно, или, наоборот, отказаться от них, взяв нейтральное имя.
Опять же следует учитывать формулировку имени в потоке действия. Те же восточные имена можно составлять из длинных конструкций (с приставками аль, ибн, умм...), подчеркивая колорит – а можно давать в сокращенном варианте. Это будет зависеть от того, ведут ли герои, скажем, философскую беседу или уже рубят друг дружку ятаганами. «Гиас‑ад‑дин абу‑ль‑Фатх Омар Хайям ан‑Нишапури ударил его дубиной по голове» – пока доберешься до дубины, уже забыл, о чем шла речь. И краткий Омар куда лучше орудует дубиной, чем его многослоговый тезка. А если он сидит на тахте и курит кальян, то уже можно не торопиться: «Гиас‑ад‑дин абу‑ль‑Фатх Омар Хайям ан‑Нишапури сладко затянулся кальяном» – и сразу запах дыма, экзотика...
Шутка, конечно. Но доля истины в ней налицо.

– А если принцип имяобразования заимствован из другого языка? – допустим, на английском слово звучит с конкретным значением, и хочется выразить смысловую нагрузку слова...

Олди : По‑русски? А пример можно?

– Ну, допустим, Скай – «небо»? Как записать имя героя – Скай, чтобы смысловая нагрузка имени осталась? Скай – как бы свободный...

Олди : А с чего вдруг у русскоязычного читателя имя Скай непременно вызовет ассоциацию с небом? Допустим, он не знает английского языка, или плохо знает, или русские буквы имени «Скай» не вызовут у него ассоциации с английскими небесами... Это допустимо, если имя «Скай» будет в тексте где‑то обыграно: кто‑то пошутит по поводу «неба» и «свободы», или каламбур вплетет. В частности, в большой повести или в романе есть пространство текста, где позволительно раскрутить цепь сложных «именных» ассоциаций, каламбуров, шуток и т. д. В рассказе, где текста гораздо меньше, автор может просто не успеть развернуть эту дополнительную информацию в полной мере. И получится, что это выстрелило для очень ограниченного круга читателей, кто хорошо знает английский; а если будет не английский, а, к примеру, латынь, то группа «посвященных» сразу уменьшится.

– Я правильно понимаю, что лучше придерживаться одного выбранного способа имяобразования? То есть, нельзя на протяжении одной книги использовать два или три способа?

Олди : Можно использовать хоть все способы разом. Это зависит от того, что мы хотим в итоге. Здесь, допустим, герои названы по местности (в этих краях характерны такие имена), а там другие герои названы кличками и прозвищами, которые в первую очередь задействуют у читателя ассоциативный ряд и не имеют прямого отношения к этнографии. А еще один герой – нам в данном случае нужно ЗВУЧАНИЕ. Сигурд – почти наверняка герой, а не размазня. «Г», «р» и «д» – звучит! Опять же, включается комбинирование. Чтобы мы имели возможность показать: этот человек, грубо говоря, космополит, он – выходец из общества, где произошло смешение племен и народов, а соответственно, имен и фамилий. Создаем комбинацию русского имени и французской фамилии, или азиатского имени и немецкой фамилии и т. д. Сразу становится понятно, что у героя – разнообразные этнические корни.

– Я имею в виду случай, когда в одной и той же книге к образованию имени первого героя подошли одним способом, а к образованию имени другого – другим способом.

Олди : А мы и отвечаем: нормально. Если это оправдано характеристиками героев и задачами автора. И если в тексте (в данном мире и декорациях) это уместно, если здесь может существовать герой с таким именем... Потому что когда вокруг сплошная Индия, а герой‑абориген – не приезжий! – носит, скажем, русское или английское имя, это вызовет естественное недоумение читателя. И придется четко формулировать в тексте мотивацию такого нонсенса. Допустим, герой был слугой приезжего и его так прозвали в итоге. Или, наоборот, местные не могут выговорить чужеземное имя и переделывают его на свой лад – такой вариант тоже возможен и уместен. Не надо ездить в Индию: в Москве в одном доме живут инженер Иван Петрович (один тип имени) и уголовник по кличке Хлыщ (второй тип имяобразования).

– Дело в том, что мы обсуждали некий текст, и один известный – я не буду называть фамилию – писатель наш российский указал мне на это, как на недостаток в моем произведении.

Олди : Тут нам нечего добавить, не зная контекста. Не читая произведения, не сделаешь выводы. У вас есть выход – стать известным российским писателем, сбросить этого с парохода истории, занять его место и учить других, как обращаться с именами.

– Читая ваши книги, можно заметить использование всех аспектов имяобразования. В "Кабирском цикле" многое строится на конфликте: Абу‑т‑Тайиб Аль‑Мутанабби – Фарр‑ла‑Кабир. Тут есть противостояние двух имен, двух мировоззрений реальных восточных поэтов – Аль‑Кабира и Аль‑Мутанабби. Далее: в «Ойкумене» Лючано Борготта является Тартальей изначально. А что лучше – давать клички, как в случае с Аль‑Мутанабби, какие‑то пестрые мазки характера в процессе книги или изначально задать характер как у Тартальи? Лючано – «звонкий», Борготта – «рычащий», Тарталья – известнейшее амплуа злодея...

Олди : Имя задает часть характера. В жизни так бывает не всегда. В жизни вас могут звать, как получится. А в книге писатель изначально строит созвучие имени и персонажа. Свое прозвище герой может получить в процессе развития действия, а не с самого начала. Опять же, если он начинает проявлять качества, которых не проявлял раньше, или попадает в ситуацию, где его по‑другому называют, то «усложнение» имени оправдано. Раскрывается новая грань характера, персонаж получает новое прозвище, которое это подтверждает и поддерживает. А возможно, он уже получил прозвище ранее, и лишь в процессе развития действия мы видим, почему его так назвали.
Если сантехник Вася – звучит естественно, то режиссер массовых зрелищ Вася – уже не работает, он будет Василий Петрович или по прозвищу. Хотя в самом начале имя читателю мало что говорит по характеру, кроме звучания – то, как оно звучит, намечает основные черточки: Абу‑т‑Тайиб Аль‑Мутанабби и Василий Петрович – разные акценты... Имя – как зародыш: чем дальше раскрывается характер в произведении, тем шире должно разворачиваться звучание и значение имени. Тем оно интереснее работает. Вполне можно добиться, например, комического эффекта, когда имя и характер героя совершенно не соответствуют друг другу.
Закрывая тему с именами – раз вспомнили Лючано Борготту, то и мы вспомним, как один читатель придрался к «Ойкумене»: дескать, в романе вычурность и усложненность имен! Цитата: «аж до ерничества вычурно». А мы в свою очередь не понимаем, в чем вычурность, если негра зовут Мбеле или Квангва? – его и должны так звать! А условного «итальянца» зовут Лючано. А условного «русского» зовут Аркадий Викторович Мальцов. Или тот же помпилианец – ближайший аналог: римлянин – Гай Октавиан Тумидус («тумидус» – «надменный» на латыни). И нам удивительна позиция: «Ишь, чего напридумывали! Всех бы назвали Ваня да Петя – и не было бы проблем».
Имя – это важно. Скажем, «фэнтезийный» персонаж – малефик Андреа Мускулюс. Мы понимаем, что это частенько вызывает у читателя улыбку. Улыбка от имени – контраст с профессией малефика‑вредителя. А у образованного читателя вызывает еще и ассоциацию с реальным лютеранским проповедником Андреасом Мускулюсом, который, в частности, писал в 1561‑м году: "Мы хватаемся за последний крошечный кусочек мира. Несомненно, что Конец Мира близок..." – и уже тогда ассоциации совсем не смешные. Если уметь, то автор от игры имен получает колоссальное удовольствие. И часть читателей – тоже.


Читатель

Участник
# Дата: 5 Фев 2009 11:44 - Поправил: Читатель
Ответить 


Вот ещё статейка о "правилах имён".
Цитата: И. Варшавский. "НАЗИДАНИЕ ДЛЯ ПИСАТЕЛЕЙ-ФАНТАСТОВ ВСЕХ ВРЕМЕН И НАРОДОВ, ОТ НАЧИНАЮЩИХ ДО МАСТИТЫХ ВКЛЮЧИТЕЛЬНО" // Техника-молодежи.- 1973.- № 6.- С. 50-52.

а) Выбор имен

Имена героев должны соответствовать их характерам. Если действие происходит в далеком будущем или в иной галактике, то положительным героям дают хорошие имена: Ум, Смел, Дар, Добр, Нега и т. п. (для выбора женских имен могут быть также с успехом использованы названия стиральных порошков).

Отрицательным героям присваиваются имена вроде Смрад, Мрак, Худ, Боль, Вонь. Однако не следует даже самым мерзким типам давать имена, использующиеся в бранном смысле, так как эти слова могут встречаться в лексиконе ученых, особенно молодых, что создает при чтении известную семантическую неопределенность.

Представителям переходных цивилизаций, могущих еще стать на правильный путь, имена даются методом гильотирования. Например, в словаре отыскиваются два самых обычных слова, скажем "стул" и "гравий". Отсекая первые буквы, можно назвать героя Тул Равий. Просто и элегантно!


Velena

Участник
# Дата: 5 Фев 2009 11:53
Ответить 


:)Ну-да, а есть ещё Врунгель который сказал лаконичней:
«Как вы яхту назовёте, так она и поплывёт»!
Поэтому его регата прошла тихо, мирно, и победоносно. :D

Irena

Участник
# Дата: 7 Фев 2009 23:22
Ответить 


Velena
Но как яхту-то звали - в результате-то? Вот так она и поплыла... :)

Velena

Участник
# Дата: 8 Фев 2009 13:27 - Поправил: Velena
Ответить 


Ой! Там ведь ещё и дело сулучия случилось;) вот она так и поплыла:D
Так что автор предполагает, а текст располагает!:)

Maracesh

Участник
# Дата: 17 Фев 2009 11:58
Ответить 


И текст абсолютно независим от автора...:-)))

Velena

Участник
# Дата: 17 Фев 2009 12:26
Ответить 


От плохого автора думаю – да. А вот от хорошего... Пушкин воскликнул» «Ай, да Пушкин! Ай! Да, сукин сын»! (извините, за полную цитату! Это Пушкин, это не я про сына... :)). Но думаю, этим Пушкин хотел сказать, что вышло даже лучше чем автор замыслил. Автор мыслил – а вышло даже лучше! Типа как-то так...

NEVERMORE

Участник
# Дата: 19 Фев 2009 06:51
Ответить 


Не раз встречал высказывания писателей по поводу творческого процесса, где они четко и недвусмысленно давали понять, что самые лучшие тексты даже (или - особенно) у самых лучших авторов имеют привычку вести себя очень самостоятельно (см. предисловие к "Нам здесь жить"), вплоть до того, что герои вынуждают авторов менять себе (героям, а не авторам) имена.

Maracesh

Участник
# Дата: 21 Фев 2009 10:59
Ответить 


Я думаю, не стоит так далеко заходить в выводах о том, что герои становятся такими уж самостоятельными. ( А то, не дай Бог, повторится описанное в "Нам здесь жить" и минотавры выйдут на улицы :-)))
Просто у творческого человека раскрепощается подсознание, и его талант становится как бы полнее, масштабнее; он прислушивается к своему (не героя) внутреннему голосу, и вкладывает его слова в уста персонажей... Вот и все...

NEVERMORE

Участник
# Дата: 24 Фев 2009 19:18
Ответить 


Так ведь и я о том же: самостоятельность персонажей зачастую прямо пропорциональна таланту автора(-ров) именно по этой причине ;))

Velena

Участник
# Дата: 7 Сен 2010 15:37
Ответить 


А что до страшного злодея Бармалея, то тут мне посчастливилось <...> в апреле 1966 года, выяснить, откуда и как он появился на свет, у самого крупного авторитета по «бармалееведению», у самого Корнея Ивановича Чуковского.

Много лет назад Корней Иванович гулял по Петроградской стороне нашего города (это такой район его) с известным художником Мстиславом Добужинским. Они вышли на Бармалееву улицу.

— Кто был этот Бармалей, в честь которого целую улицу назвали? — удивился Добужинский.

— Я, — говорит Корней Иванович, — стал соображать. У какой-нибудь из императриц XVIII века мог быть лекарь или парфюмер, англичанин либо шотландец. Он мог носить фамилию Бромлей: там Бромлеи — не редкость. На этой маленькой улице у него мог стоять дом. Улицу могли назвать Бромлеевой, а потом, когда фамилия забылась, переделать и в Бармалееву: так лучше по-русски звучит... — Но художник не согласился с такой догадкой. Она показалась ему скучной.

— Неправда! — сказал он. — Я знаю, кто был Бармалей. Он был страшный разбойник. Вот как он выглядел...

И на листке своего этюдника М. Добужинский набросал свирепого злодея, бородатого и усатого...

Так на Бармалеевой улице родился на свет злобный Бармалей.

Просто вот нашла... хочу ВАС ВСЕХ улыбнуть!

Oldie1
Почётный пользователь
# Дата: 7 Сен 2010 16:16
Ответить 


Спасибо!

Начало -
Ваш ответ
Bold Style  Italic Style  Underlined Style  Image Link  URL Link  Insert YouTube video  Empty quote 
:) ;) :-p :-( Ещё смайлики...  Отключить смайлики в сообщении
#610B38 #DF0101 #8A4B08 #FF8000 #0B610B
#01DF01 #01DFD7 #08088A #2E2EFE #7401DF
#DF01D7 #585858 #BDBDBD #D0A9F5 #A9D0F5
Ochrana proti spamu. Napi№te prosнm инslici иtyшi:

» Логин  » Пароль 
Введите Просто введите уникальный Логин.

 
На форуме: Гостей - 1
Участников - 0
Рекорд одновременно присутствующих на форуме, Всего: 200 [16 Авг 2017 17:41]
Гостей - 200 / Участников - 0


Поддержка: miniBB™ © 2001-2019